25 января Владимиру Высоцкому исполнилось бы 85 лет

Он был невысокого роста, но стоило ему войти в помещение, и каждому становился понятен масштаб личности. Высоцкий был безоговорочно ярок, неповторим и неукротим.

25 января Владимиру Семеновичу исполнилось бы 85 лет. Печально, но великий советский бард ни разу не был в Гомеле. С гастролями он объездил весь СССР, собирая благодарную публику повсюду, во всех республиках, больших и малых городах, на стройках в тайге или на палубе корабля, в кабине вертолета. Память о нем жива для миллионов людей. Жива в песнях, стихах, в неповторимом голосе с хрипотцой. В ролях, исполненных в театре и кино. Он не щадил себя. Не щадил свой волшебный голос, сердце и душу. И умер, как это часто бывает с неукротимыми творцами, безвременно, неправильно…

Не просто так вспомнился вертолет. Гомельчанин Аркадий Шемяков, в прошлом работник «Гомсельмаша», рассказывал заводчанам о своем случайном знакомстве с Высоцким. Это произошло в июне 1976-го в сердце Сибири – городке Бодайбо. В рабочее помещение Семенович влетел пулей, можно сказать, ворвался. Шемяков работал тогда вертолетчиком, возил бригады на таежные промыслы, комсомольские стройки. Слава о барде уже вовсю гремела в Союзе, и он узнал его сразу. Так и застыл на полуслове. Высоцкий был без вещей, только гитара в чехле. Весь резкий, порывистый, но ни тени звездности. Попросил подбросить его с рабочими на 200 километров от Бодайбо – в таежный поселок Барчик. Аркадий не мог не согласиться, уступил неожиданному попутчику место бортмеханика.

Все догадываются, как шумно в вертолете. Но Высоцкий, видимо, решил поспорить с гулом двигателя. Спросил, можно ли петь во время полета. Как такому откажешь? Он запел, и его знаменитый голос поплыл над тайгой. А винт машины аккомпанировал ему, соревнуясь с гитарой. В течение дня дал три концерта для рабочих: в Барчике, Хомолло и самом Бодайбо, когда вернулись. Залы (обычные столовые) буквально ломились, люди висели на окнах. А Высоцкий пел по два часа подряд, «резал в кровь» своим голосом, сжигая себя и слушателей. Он мог петь только так, отдаваясь без остатка. Независимо от того, для кого пел, где и в каких обстоятельствах.

Высоцкому суждено жить вечно – в сердцах и душах благодарной публики.

«Правда Гомель» .